title-image

Пресс-центр

Все годы

На отечественный потребительский рынок возвращаются некоторые приметы 90-х годов. Так, представители авторынка фиксируют резкий рост спроса на праворульные автомобили из Азии, которые с ноября жителям Дальнего Востока станет еще проще завозить в страну. Да и бизнес в целом на фоне экономических сдвигов и неопределенности выстраивает сейчас новую логистику, ищет поставщиков, пробует занять непривычные ниши. Главное же отличие от 90-х в том, что это происходит в условиях сформированной правовой среды и при наличии систем торгового, таможенного и технического регулирования. Кое-что, однако, вызывает опасения. Эксперты Российской академии народного хозяйства (РАНХиГС) и Института Гайдара указали на риски контрафакта, которому в рамках параллельного импорта станет сложнее противостоять.

С ноября в России упрощаются правила ввоза праворульных автомобилей из Азии. Подготовленные ранее Минфином и вступившие в силу изменения расширяют на весь Дальневосточный регион полномочия Владивостокской таможни по оформлению автомобилей для личного пользования.

«Теперь таможенный орган не будет требовать у дальневосточников документы о подтверждении проживания или присутствии лица в регионе деятельности таможенных постов Владивостокской таможни», – сообщается на портале ведомства.

И хоть в отношении автомобилей, которые ввозятся жителями других регионов, действующий порядок совершения таможенных операций не меняется, эксперты все равно ожидают, что в страну с новой силой хлынет поток праворульных автомобилей, которые, как и в 90-е годы, стали пользоваться повышенным спросом теперь не только на Дальнем Востоке.

Объем ввоза автомобилей через Дальний Восток вырос за девять месяцев текущего года до 120 тыс. единиц, это в полтора раза больше, чем за тот же период 2021-го, заявил ранее начальник Дальневосточного таможенного управления Юрий Ладыгин.

Как при этом сообщили «НГ» в пресс-службе «АвтоСпецЦентра», доля праворульных авто на Дальнем Востоке составляет 85%. При этом, по их данным, в первом полугодии 2022-го россияне приобрели почти 264 тыс. праворульных автомобилей, и их популярность продолжает расти. Например, в Центральном округе спрос на праворульные автомобили увеличился в первом полугодии на 15% по отношению к тому же периоду 2021-го, в Северо-Западном – на 14%, а допустим, в отдельно взятой Чеченской Республике – на 74%, сообщают в компании.

«Автомобили с праворульным управлением были популярны в 1990-е годы, – напоминают в компании. – Переориентирование предпочтений покупателей на автомобили с пробегом – еще одна тенденция, схожая с ситуацией 1990-х годов. Если в прошлом году покупатели делали ставку на автомобили до трех лет, то из-за резкого роста их стоимости спросом стали пользоваться авто 5–7 лет с пробегом 150 тыс. – 200 тыс. км».

Представители Федеральной таможенной службы (ФТС), в свою очередь, фиксируют, как увеличивается в стране в целом объем параллельного импорта. После легализации рост составляет около 12% в месяц, отмечал первый замруководителя ФТС Руслан Давыдов. По состоянию на конец октября в страну завезено 1,6 млн т разных товаров на 12,6 млрд долл., следовало из приведенных им данных. «В основном это электроника, техника, товары повседневного спроса, одежда, парфюмерия», – пояснял Давыдов.

Доставка товаров по параллельному импорту, по его словам, идет в основном через Дальний Восток и южную границу. «Но также и через западную границу. Она пока не закрыта наглухо, хотя поток заметно сократился, – уточнил Давыдов. – Везут главным образом лекарства, продовольствие, товары повседневного спроса».

Более того, как выяснили аналитики New York Times, международная торговля с Россией в этом году пережила даже бум вопреки санкциям. Согласно анализу торговых данных, проведенному New York Times, объем импорта в РФ, конечно, сократился по сравнению с тем, что было до внедрения новых санкций-2022, но несколько стран, в том числе Китай и Турция, после событий февраля углубили свои отношения с Россией. КНР увеличила экспорт в Россию на 24% с момента событий февраля, а Турция – на 113%, уточнили аналитики иностранного издания.

«Параллельный импорт легализован был в мае, объемы ввоза с мая по сентябрь увеличились практически в два раза, – сообщил при этом в интервью ТАСС глава ФТС Владимир Булавин. – Это говорит о том, что бизнес перестроился, находит новых партнеров, новую логистику».

Некоторые товары параллельного импорта критически важны для страны. По данным, которые сообщил журналистам Булавин, на критический импорт сейчас приходится более 1 млн т товаров стоимостью 6,7 млрд долл.

 

241-4-1480.jpg

Международная торговля с Россией пережила в этом году бум
после новых санкций. Оборот, учитывающий и экспорт, и импорт.

Некоторые товары этого импорта привлекают особое внимание и других правительственных ведомств. Так, отвечая на вопросы журналистов, глава Минцифры Максут Шадаев заявил во вторник, что, по его мнению, стране не стоит ограничивать, например, параллельный импорт технологических продуктов – по крайней мере до тех пор, пока не появятся конкурентоспособные российские аналоги, передает Интерфакс. Министр пояснил, что параллельный импорт позволяет обеспечить доступность оборудования для наших пользователей, влияет на цену, ограничения же сейчас будут чреваты дефицитом.

 

Опрошенные «НГ» эксперты подтверждают, что сейчас на потребительском рынке можно заметить возвращение некоторых примет из 90-х годов, но это не полный возврат к тому, что было, подчеркивают они.

«Можно выделить несколько схожих трендов с перестройкой импорта, происходившей в стране в 90-х годах. На рынок выплеснулся большой объем товаров из Китая и Кореи с разными потребительскими характеристиками. Рынок сейчас – настоящий клондайк для предпринимателей», – говорит сооснователь и исполнительный директор компании Lemon.online Марина Кашина. Но только для тех из них, у кого есть хорошая бизнес-модель и доступ к финансированию. «Как и в 90-х годах, предприниматели меняют ниши – от импорта переходят к производству товаров или открывают для себя новые страны, налаживают контакты и схему логистики товаров», – добавила эксперт.

Отдельные черты похожи. «Это трудности с платежами: тогда система просто отсутствовала или работала со сбоями, а сейчас требуется поиск альтернативных вариантов, так как часть наработанных закрыта, – пояснил директор Института торговой политики НИУ ВШЭ Александр Данильцев. – То же самое с логистикой: часть налаженных наиболее удобных схем закрыта, нужны альтернативные».

«Схожими с 90-ми проблемами стали логистика, контроль над движением капитала, высокие транзакционные издержки, общая экономическая неопределенность и серый импорт, – считает завлабораторией международной торговли Института Гайдара, директор Института международной экономики и финансов Всероссийской академии внешней торговли Минэкономразвития Александр Кнобель. – Логистические маршруты перестраиваются из-за санкционных ограничений, это выявляет инфраструктурные ограничения».

А говоря, например, о Турции, следует вспомнить одну из главных примет торговли 90-х – челноков, добавил эксперт. «Этот способ поставок товаров, вероятно, на какое-то время вновь приобретет свою актуальность. Впрочем, учитывая его неэффективность, следует ожидать кратковременность такого явления», – считает Кнобель.

Но есть, конечно, очень существенные отличия. «Принципиальная разница с 90-ми заключается в том, что сегодня в стране устоялась рыночная экономика, основанная на частной инициативе, по крайней мере в потребительском секторе. При этом за 30 лет сложилась определенная правовая среда для ведения цивилизованного бизнеса: регистрации юридических лиц, индивидуальных предпринимателей, самозанятых, уплаты налогов, соблюдения прав потребителей, нетерпимость к контрафакту, проведение расчетов через банки, соблюдение таможенных правил и т.д.», – перечисляет старший научный сотрудник Института контрольно-надзорной деятельности РАНХиГС Галина Баландина.

За это время была выстроена система технического регулирования, сформирована система контроля как при ввозе товаров, так и при их реализации. По ее словам, если вспомнить, как все начиналось – челноки, кооперативы, вещевые рынки, стихийная торговля, – то, конечно, дистанция сейчас огромного размера. «Также не вызывает опасений риск резкого роста контрабанды до уровня 90-х, – считает эксперт. – Системы таможенного и налогового администрирования, основанные на использовании информационных технологий, радикально отличаются от того, что было в 90-х».

Контроль над уплатой таможенных и налоговых платежей за последние 10 лет усилился, введены системы маркировки и отслеживания передвижения продукции, так что цепи поставок в международной торговле стали прозрачными, добавил руководитель комитета по транспортной логистике «Деловой России», заместитель директора ПЭК Вадим Филатов.

И хоть бизнес действительно ищет новых поставщиков и новые ниши, но он это делает «пока еще в рамках устоявшихся правил, не уходя в теневой сектор», отмечает Баландина.

Тем не менее стандарты качества потребления снижаются. И легковые автомобили в этом плане – хороший пример. Но, по словам эксперта, «в отличие от 90-х допустимый уровень требований безопасности по-прежнему диктует государство, хотя и под влиянием рынка».

Да и если говорить точечно про авторынок, то, как отметили эксперты «Автодома», сегодня в России действует развитая дилерская сеть, выстроены все необходимые бизнес-процессы, сформирована законодательная база.

«Текущая ситуация мало чем напоминает ситуацию во внешней торговле 90-х годов. Тогда Россия либерализовала внешнюю торговлю, зарубежные компании входили на наш рынок, ожидая его роста, а отечественные производители встраивались в глобальные цепочки», – напоминает Кнобель. А сейчас основной задачей становится сохранение критического импорта и переориентация экспорта там, где это возможно.

При этом, по словам Данильцева, на потребительском рынке сейчас возможно некоторое сужение ассортимента, может быть, переход к более дешевым брендам и разновидностям продукции, «хотя это не всегда ее ухудшение». В производстве же, конечно, фиксируется некоторое нарушение цепочек поставки и необходимость их восстановления, но, разумеется, в несопоставимо меньших масштабах – «это не крах производства, а потребность в повышении его гибкости». При том что в 90-е годы, как напомнил экономист, резко упал внутренний спрос, а сейчас проблема несколько иная – удовлетворить тот спрос, который привыкли предъявлять граждане.

Но кое-что у экспертов вызывает и опасения. «Сохраняется основная проблема серого импорта – контрафакт», – считает Кнобель. Как он говорит, после решения поставлять продукцию ряда компаний в Россию без разрешения и соответственно контроля со стороны правообладателя «правительству следует уделить особое внимание разработке механизмов подтверждения оригинальности и безопасности поставляемых по параллельному импорту товаров».

«В части параллельного импорта могу отметить, что, если товар ввозится в страну вопреки воле правообладателя, вряд ли в этом случае государство сможет противостоять контрафакту», – предполагает Баландина. По ее мнению, «без участия правообладателя достаточно сложно доказать отличие оригинального товара от подделки». «Но по крайней мере государство может противодействовать распространению некачественных товаров, которые опасны для потребителя», – добавила эксперт.

Между тем, как заявляли ранее представители ФТС, легализация параллельного импорта не привела к росту выявляемой контрафактной продукции, борьба с такой продукцией не прекращалась. «В этом году за девять месяцев 7 млн единиц контрафакта мы выявили. Пока мы не фиксируем какого-то существенного перепада, роста, – сообщал Давыдов. – В 2020 году было 8 млн единиц, в прошлом – 6,5 млн».

«Мы пока не фиксируем в объемах параллельного импорта контрафактной продукции, – подтверждал и Булавин. – Хотя по тем товарным группам, которые в параллельный импорт не вошли, таможенные органы в этом году предотвратили ввоз около 7 млн единиц различной контрафактной продукции». 

***

В пресс-службе Минпромторга на запрос «НГ» ответили, что, по их оценкам, сравнивать сегодняшнюю ситуацию в части импорта с 90-ми годами «абсолютно некорректно».

Говоря об импорте, 90-е можно охарактеризовать несколькими основными тенденциями. «Это резкий, даже с учетом непродолжительного подготовительного периода «перестройки», разворот от плановой экономики к рыночной, который сопровождался сильным сокращением роли государства как в части поддержки предприятий, так и в непосредственном участии во внешнеторговых операциях. Это полное открытие границ, которое, с одной стороны, позволяло насытить внутренний рынок дефицитными потребительскими товарами, но с другой – открывало бесконтрольный доступ для нелегальной продукции на внутренний рынок. Это также «челночество» – характерная особенность 90-х, когда торговцы самостоятельно доставляли мелкие партии товара, быстро реализовывали, и затем процесс повторялся», – перечислили в ведомстве Дениса Мантурова.

А сегодняшние процессы по перестройке импорта характеризуются диаметрально противоположными тенденциями. «Это адаптированность экономики и в целом населения к рыночным условиям при развитой системе государственных мер поддержки как импорта, так и экспорта. Это наличие эффективного таможенного законодательства вкупе с необходимым контролем на границе. Это также ввоз оригинальной, не контрафактной, продукции в том числе по параллельному импорту. Он осуществляется специализированными компаниями в крупных объемах с обеспечением гарантии для потребителя и со страховкой для поставщика», – пояснили в Минпромторге.

В изменившихся условиях российские предприятия налаживают новые контакты, переориентируют поставки, стремятся выйти на новые рынки. Возникновение рыночных ниш сейчас обусловлено уходом иностранных компаний – это становится «окном возможностей» для создания новых российских производств либо роста существующих. А в 90-ые годы, как напомнили в министерстве, в стране произошла полная смена экономической формации, что сопровождалось разрушением кооперационных связей. Государство тогда максимально устранилось из промышленности, что привело к утрате целых отраслей.

Отдельно в Минпромторге подчеркнули, что параллельный импорт не подразумевает разрешение ввоза неоригинальной или некачественной продукции: «Контрафакт по-прежнему остается контрафактом, с которым в том числе помогает бороться система цифровой маркировки».

«Важно понимать, что параллельный импорт – это разрешение ввоза оригинальной продукции какого-либо бренда, введенной в оборот правообладателем в другом государстве, – уточнили в ведомстве. – На товар, ввезенный по параллельному импорту, также распространяется гарантийное обслуживание, которое осуществляется импортером».

Параллельный и обычный импорт на сегодняшний день полностью обеспечивают потребности как для граждан, так и для промышленных предприятий. «Никакого дефицита товаров потребительского сектора (одежда, гаджеты и т.д.) или продукции, необходимой для функционирования производственных мощностей (комплектующие, расходные материалы), в России нет», – сообщили в Минпромторге. Отечественные компании уже переориентировались на новых внешнеторговых партнеров.

Кроме того, легализация параллельного импорта стимулирует ряд компаний возвращаться на российской рынок, что отражается в обновленных перечнях товаров, разрешенных для ввоза по этому механизму. При этом в данный момент большие усилия направлены на развитие российского производства: «В тех сферах, в которых российский производитель сможет обеспечивать потребности промышленных предприятий и конечных потребителей, применение параллельного импорта вовсе не потребуется».

«Ситуация с логистикой в большинстве случаев уже также решена, – добавили в Минпромторге. – Для нормализации работы транспортных коридоров работает штаб (по транспортно-логистическим коридорам) под председательством Андрея Белоусова. Также на базе подведомственного Минпромторгу «Информационно-аналитического центра по вопросам внешнеторговой деятельности» создан Ситуационный центр». Он помогает российскому бизнесу в поиске партнеров для безболезненной переориентации экспортных и импортных потоков.

 

Независимая

назадвперед
Президент призвал финансовые институты ответственнее подходить к выдаче кредитов
1611
Александр Ермолаев, Finbridge — специально для Эксперта с разъяснением процедуры внесудебного банкротства
Как отказаться от ненужных услуг МФО и можно ли вернуть деньги?
0811
Анна Лагутенко, Finbridge — о том, как не допустить лишних расходов
Компании сократят расходы на новогодние корпоративы
0211
Екатерина Пономарёва, Finbridge — о решении компании относительно проведения новогоднего праздника

Все годы

Президент призвал финансовые институты ответственнее подходить к выдаче кредитов
1611
Александр Ермолаев, Finbridge — специально для Эксперта с разъяснением процедуры внесудебного банкротства
Как отказаться от ненужных услуг МФО и можно ли вернуть деньги?
0811
Анна Лагутенко, Finbridge — о том, как не допустить лишних расходов
Компании сократят расходы на новогодние корпоративы
0211
Екатерина Пономарёва, Finbridge — о решении компании относительно проведения новогоднего праздника